Спасли человека

С коллегой были на концерте, возвращались домой поздно. Уже почти подошли к ее дому, когда ей стало плохо. Она ничего не понимала, не узнавала места, была в полуобморочном состоянии и сильно испугана. Плакала.

Хорошо, что мы были недалеко от городской больницы им. Ф. С. Анкудинова. Оставив коллегу ненадолго одну, я побежала в приемное отделение и рассказала о ее плохом состоянии.

Не мешкая медработники доставили ее в больницу.

Врач, пытаясь установить диагноз, задавал женщине вопросы, но она была не в состоянии отвечать: язык заплетался, речь была невнятной, казалось, она вот-вот потеряет сознание.

Пациентке дали таблетки от давления, для восстановления сознания.

И вот ей стало лучше. Она вспомнила свой адрес, смогла сообщить, что у нее сахарный диабет. Вовремя сделанные процедуры – уколы, капельница, таблетки – считаю, спасли ее жизнь.

А для медиков бессонная ночь продолжалась. «Скорая» привозила новых пациентов, медработники достойно несли свою вахту. В ту смену людей спасали медсестры Инна Фатина, Лариса Гребнева, младшая медсестра Галина Афанасьева во главе с дежурным врачом Василием Лавровым.

А я осталась в потрясении. Со мной такого еще не случалось, чтобы на моих глазах почти умирал и вдруг вернулся к жизни человек. Моей коллеге на этот раз повезло: обстоятельства сложились так, что медицинская помощь поспела вовремя.

Галина ГОЛУБЬ.

г. Южно-Сахалинск.

Надо выздороветь!

Я на время (надеюсь!) стала инвалидом. Заболела нога, передвигаюсь с трудом. Вот когда я поняла, что все везде ориентировано на здоровых людей. Светофор, по которому мне надо переходить через дорогу к моему автобусу, настроен на 17 секунд. Я не успеваю за это время преодолеть пешеходный переход.

Автобус останавливается не впритык к бордюру, а в метре он него – приходится напрягаться, чтобы подняться в салон или выйти из него. Живу на пятом этаже, а в пятиэтажных домах нет лифтов. Хожу через двор по выщербленному тротуару вдоль соседнего дома, несколько раз так споткнулась, что думала – разобьюсь. На ровном месте такого бы не случилось!

Виктория ДАВЫШИНА.

г. Южно-Сахалинск.

Обманчивая внешность

В поликлинике ожидала своего времени у кабинета физиотерапии и обратила внимание на мужчину лет сорока. Одет он был неплохо, но на лице недельная щетина, одутловатость… Прошло какое-то время, из кабинета физиотерапии вышла медсестра и пригласила этого мужчину зайти. Он как был в кожаной куртке, так и зашел, чем усилил мое негативное о нем впечатление.

А через пару минут он вышел, бережно поддерживая под руку хрупкую седую женщину, передвигающуюся с трудом. Я так поняла, что это была его мама. Он надел на нее пальто, опустился на колено, чтобы застегнуть молнию. Когда старушка была одета, он спросил у нее: «Может, немного посидишь, отдохнешь?». Она отрицательно покачала головой. Мужчина взял ее сумочку и тихонько повел маму к выходу. Вслед им смотрели все посетители, что сидели в этой части коридора. Все были очарованы этой сценой сыновней любви.

Вот как бывает обманчива внешность! Может быть, этот мужчина и ведет не совсем здоровый образ жизни, может быть, он не лучший муж и отец, но как сын состоялся. Мать смогла воспитать его в почтении и нежности к себе. У многих пожилых людей есть взрослые дети и взрослые внуки, но все ли могут похвастать вниманием и заботой младших поколений? У тех полно своих забот, они постоянно заняты – увы, им не до стариковских проблем.

Ольга НЕУПОКОЕВА.

г. Южно-Сахалинск.

За что платить?

На днях родственники привезли из Тымовского от сестры документы, чтобы я сходил с ними разобраться в фонд капитального ремонта. Дело в том, что сестре фонд выставил счет на 8 тыс. рублей, а по закону она не должна платить за капремонт, потому что относится к детям войны.

Муж у нее умер около года назад. Квартира была в его собственности, он тоже имел удостоверение дитя войны и был освобожден от платы за капремонт.

Сестра смогла вступить в права наследства квартирой супруга только через полгода, потом была занята оформлением документов, и все это время, оказывается, пока квартира не имела хозяина, на нее шло начисление платы, да еще, наверное, с пеней.

Я выходил одно: с сестры возьмут не восемь, а только две тысячи рублей. За что две-то? Льгота у сестры была давно, еще до смерти мужа. На мой взгляд, она не должна вообще ничего платить.

Анатолий АЛЕКСЕЕВ.

г. Южно-Сахалинск.